Георгий (ewitranslate) wrote,
Георгий
ewitranslate

Почему именно Трамп, почему именно сейчас? (часть 1 из 2)

Статья из журнала The Socionomist за Март 2016 года:

UnEncrypted-1.png

Трагическая смерть политической корректности.

Автор: Роберт Фолсом

Пролог: Правдивая история
Лоуренс Х. Саммерс никогда не остерегался выдвигать необычные гипотезы. Во всяком случае, у него была удивительная склонность к нетрадиционному мышлению. В возрасте 16 лет он поступил в Массачусетский технологический институт. В 28 стал «самым молодым ученым, когда-либо получившему должность в университете Гарвард».
Амбиции Саммерса привели его в Вашингтон, где, среди прочих достижений, он работал над ответом США финансовому кризису 1997-1998 гг. в Азии и в России. Он также признал необходимость быть дипломатичным и бросить привычку «читать лекции членам Конгресса, задающим глупые вопросы» и «ругать иностранных министров финансов за их глупость».

Его способности помогли ему получить должность секретаря министра финансов в 1999 году и пост президента Гарвардского университета в 2001 году, - две должности, требующие одновременно невероятного ума и дипломатического подхода к делу.

Успешный сбор средств и самоконтроль Саммерса способствовали тому, что его срок пребывания в Гарварде прошел относительно спокойно и без крупных проблем. Так и было до 14 января 2005 года, когда его пригласили выступить на конференции Национального бюро экономических достижений, проходящая под названием «Разнообразие в науке и новая рабочая сила в сфере инженерии: женщины, недостаточно представленные национальные меньшинства и их карьера в науке и технике». Организатор конференции пригласил Саммерса выступить не в качестве «представителя Гарварда», а внести свой вклад в анализ, который требует его навыков: «высокого специалиста в экономике» и в «провокационных подходах».

Попасть на конференцию можно было только по приглашению, которое получили около 50 математиков высокого уровня и ученых естественных наук.

Запись конференции вести не планировалось. Саммерс верил, что публике, перед которой он будет выступать, можно безопасно представить свое провокационное мнение.

Темой выступления Саммерса стало рассуждение, почему женщины недостаточно представлены в «научных профессиях высокого класса». Саммерс предложил три возможных варианта: два из них не противоречили друг другу - женщины с семьями не желают или не в состоянии работать длительное время, а также модели гендерной дискриминации. Однако, третий вариант окажется настолько политически некорректным, что испортит положение Саммерса в Гарварде и, в конечном счете, приведет к его отставке с поста президента Университета. В частности, Саммерс заявил, что причина небольшого количества женщин в научных профессиях высокого класса заключается «в разном уровне сообразительности в такой деятельности».

Да, сообразительность – «естественная способность делать что-то или учиться чему-то».

Он считал, что выступает в безопасном пространстве, где ученые могут поразмышлять над запутанными и даже щекотливыми предположениями, касаемо неоднозначных вопросов. На деле оказалось, что, как только Саммерс предположил, что врожденные половые различия могут являться причиной такого неравенства в научных профессиях, он пересек границу, которая в то время была неприкосновенной – границей, которую даже самые благонамеренные ученые не могли переступить.

Как выразился Джеймс Трауб из «The New York Times», «провокационная песенка мистера Саммерса вызвала лавину комментариев и осуждений во всем мире».

Выдающееся нарушение норм политкорректности стало национальной новостью. Публиковались замечания женщин – ученых, присутствовавших на конференции, в том числе и биолога из Массачусетского технологического института, которая покинула зал конференции во время выступлении Саммерса: «Я чувствовала себя замаранной и выброшенной».

Саммерс неоднократно извинялся и пытался возместить нанесенный ущерб, но было слишком поздно. Несколько недель спустя преподавательский состав Гарвардского Университета не отдал свои голоса за Саммерса.

Конференция Национального бюро экономических достижений не была массовой, разбирались лишь вопросы ученых, однако, она не была вне досягаемости норм политической корректности, установленных в университетах по всей стране с начала 1980х годов и все еще соблюдающихся в 2005 – в частности, в среде преподавателей элитных школ, где особенно осторожно относились к политически неприкосновенным вопросам, таким, как гендерное равенство.


Взлет и падение политкорректности
Долгосрочные тенденции социального настроения объединяются с тенденциями общества. Политкорректность представляет собой коллективную тенденцию к принятию, сострадающим и толерантным речам. Такое представление было оформлено и закрепилось все той же долгосрочной тенденцией положительного настроения, повлиявшей на возникновение периода крупного бычьего рынка в 1980х и 1990х.

В сфере политики этот процесс проявлялся в действиях всех ветвей власти. Выражение положительного настроения прослеживается в политике с начала 1980, пик положительного настроения приходится на 2000 год. Следующий за ним период негативного настроения явно наблюдался в 2008 и был особенно заметен с весны 2015 года.

Сегодняшнее негативное настроение предполагает несоответствие нормам предыдущего позитивного тренда. Политкорректность и коллективные тенденции, которые она отражает, уступили место нормам разделению, поляризации, менее толерантным и охватывающим более широкий спектр вопросов. Различия периодов до и после 2000 года явно прослеживаются, если изобразить их на графике. Рис. 1 отражает события во время существования и после исчезновения политкорректности, как показано на графике отношения Доу/золото. Отношение Доу/золото отражает то, как выглядел промышленный индекс Доу-Джонса, если бы США придерживались золотого стандарта.

Такой подход удивительно точно отражает социальное настроение. С минимума 2008 года отношение Доу/золото возросло более чем на 3000% до максимума 1999, после чего упало на 85% до минимума 2011 и на сегодняшний день остается ниже на 66%. Оно проделало большой путь, захватив настроение до подъема и снижения политкорректности, вместе с возрастающим в последние годы желанием общества похоронить политический статус-кво.




Повороты тренда
К 1999 году политкорректность достигла своего расцвета. Она стала социальной нормой и буквально включала в себя коды речи и поведения в университетских городках и на рабочих местах. Данная тенденция охватывает такие идеи, как разнообразие наемных рабочих, а также новые законы, направленные на борьбу с сексуальным насилием и с преступлениями, совершенными на почве ненависти. Также она является воплощением чувства прощения, «починки заборов» - подготовки к очередной избирательной кампании, и сплочения.

Как только настроение общества отклоняется в сторону максимума на множестве степеней тренда, принятие политкорректности распространяется за пределы американской традиции «e pluribus unum» (из многих единое) в сторону более выраженных проявлений, таких как мультикультурализм.

Идея мультикультурализма состоит в том, что «культуры, расы и этнические группы, особенно группы меньшинств, заслуживают особого признания за свои различия в рамках доминирующей политической культуры».

Постмодернизм отвергает закрепленные определения, понятие правды и объективного знания. Такой склад ума настолько зациклен на принятии и включении, что не рассматривает какое-либо убеждение ( в том числе и свое собственное) более веским и обоснованным, чем другое.

Как сказал один писатель, «к 1980м годам постмодернизм стал доминирующим путем, ассоциирующийся с плюрализмом…выявляющий культурные конструкции, которые мы определяем как истину, и открывающий разнообразные истории, угнетенные современностью».

Политкорректность стала условной отсылкой для всего вышесказанного, в частности, затрагивая ограничения свободы слова. Всегда существовало соперничество между американским идеалом свободы слова и американским идеалом принятия и включения. Вопрос в том, какой идеал – свободы слова или принятия – играет доминирующую роль в более широкой культуре и обществе. Ответ зависит от периода времени, потому что в любой момент социальное настроение оказывает ощутимое влияние. Поворот в сторону позитивного настроения смещает акцент на включение и принятие; несмотря на их недостатки, политкорректность заставляет людей чувствовать себя «включенными во что-либо» (порицание критики пола, этнической принадлежности, религии и т.д.). Так и наоборот, негативное настроение смещает акцент в сторону свободы слова. Главное, не ошибиться: в период бычьего рынка в 1980х и 1990х постмодернистские идеалы (например, солипсизм) нашли свой путь к самому высокому эшелону Американских политики и права. Относительно дела «Планируемое отцовство и Кейси» верховный судья Энтони Кеннеди сказал:

«В основе свободы лежит право найти свое собственное понятие существования, смысла, Вселенной и тайны человеческой жизни».

То, что Судья Кеннеди нашел метафизическую свободу в Конституции США, делает эту цитату отражением подобных действий правительства в течение того же периода. Политкорректность также характеризуется умеренностью действий и компромиссами в политике. Конечно, политические споры иногда проходили враждебно, но, как правило, жестокие политические противостояния сохранялись для «Глупого сезона», период, за которым следуют выборы, начинающиеся первого сентября.

В то время кандидаты (и их сторонники) сказали бы что угодно ради победы, и все что угодно о своих соперниках. «Глупый сезон» обычно заканчивается в День выборов, - после жестокой и упорной борьбы кандидаты пожимают друг другу руки, и дипломатический тон возвращает себе господство в политическом дискурсе. Такова традиция американского дискурса. Однако, эта традиция нарушилась в 2000 году (см. Рис. 1), когда климат американской политики стал еще более спорным и остался таким после сезона выборов.

С началом 2009 года движение «Birther Movement» уже сформировалось – как и «Захвати Уолл-стрит» и «Движение чаепитие». Все эти группы и движения возникли в обстановке страха и гнева. Они стали наиболее заметными проявлениями резкого политического характера. В интервью 2010 года лидер большинства в Сенате (Республиканец) сказал: «Самым важным из того, чего мы хотим добиться, является то, что мы приложим все усилия, чтобы президент Обама (Демократ) продержался только один срок». Такое негативное настроение продержалось до выборов 2012 года. Эта тенденция оказалась достаточно сильной, чтобы сорвать усилия по восстановлению фактов для остановки враждебного настроения.

Кампания Обамы направила письма с жалобами на FactCheck.org, пока интервьюер кандидата Республиканцев, Митт Ромни, утверждал: «Мы не допустим, чтобы наша кампания диктовалась проверками фактов». Издание «Washington Post» опубликовало историю о том, как проверка фактов подверглась резкой критике в более чем 1400 комментариях читателей.

В течение 16 лет негативное настроение снижало принятие мультикультурализма и политкорректности, в то время как росло отторжение и «политический застой». Политики заняли крайние позиции, и данная тенденция превратилась в «компромисс» и «извинение» в неприятных словах.

Наблюдатели предварительных президентских выборов 2016 сетуют, что из американской политики исчезла вежливость. Но решимость и воинственность, присутствующие в период гонки за пост президента входят лишь в последнюю главу долгосрочной тенденции, возникшей на волне отрицательного социального настроения.


Почему Трамп, почему сейчас?
Что привело нас к Дональду Трампу, который не приемлет политкорректность, осуждает истеблишмент, неуязвим для критики в прессе, является мастером своего слова и, который демонизировал группу «Других».

Обычно говорят, что Трамп достиг успеха, несмотря на свое пренебрежение к политкорректности. Но правда в том, что в значительной степени он преуспел именно из-за этого. Кажется, с самого начала своей кампании Трамп догадывался, что, чем менее политкорректными будут его слова, тем выше вероятность, что его слова будут широко обсуждаемы и публикуемыа пока он оскорбляет некоторых людей, те же его замечания и оскорбления будут получать самые громкие аплодисменты и одобрение от людей, которые его поддерживают.

Избирательная кампания сегодня: присоединение богатых традиций демагогии.
Америка периодически наблюдает рост определенного вида политика. Данный тип политика осуждает истеблишмент в Вашингтоне. Считается, что они говорят от лица людей. Они обещают сделать с обычными политиками то, что Давид сделал с Голиафом. Такие политики презирают политкорректность. Они привлекают внимание, провоцируя СМИ, и тут же доказывают, что являются абсолютно непроницаемы для последующей критики и резки высказываний в свой адрес. Они унижают своих политических врагов - не только политиков, но и каждого, кто выступает против них.

Кроме того, такой вид политиков находят людей для группы «Других». Другими могут быть представители другой расы, или даже другого экономического класса, или группа мигрантов. Независимо от этого, указанный тип политиков демонизирует Других, представляя их как врагов, которых следует остановить. Такой политик – сторонник поляризации. Его призывы к страху и гневу привлекают какое-то количество голосующих, но заставляют других избирателей презирать его. Такие политики разрушают истеблишмент, но создают вокруг себя преданную основу. Они нередко становятся самыми поляризационными фигурами эпохи. Для такого редкого вида политиков для успеха требуется лишь выбрать правильное время. То есть, социальное настроение должно быть негативным.

Такое описание напоминает одного из кандидатов на пост президента в выборах 2016 года. Дональд Трамп, стиль в котором действует его кампания – отнюдь не новая. Демагогия имеет богатую историю в американской политике, с того момента, когда социальное настроение становится негативным, от Хьюи Лонга во времена Великой Депрессии до Джорджа Уоллеса в 1968 и 1972 годах.
Чтобы получить более подробную информацию по данной теме, слушайте эпизод «Сердитые лица политики настроения – тогда и сейчас» из популярных тем Роберта Фолсома в подкасте Price Culture.


Резкие оскорбления и грубость уже давно стали оружием Трампа против лиц, вызывающих у него злость, например, его оскорбление в адрес модератора дебатов Меган Келли после того, как она спросила о его модели женоненавистничества. На митингах и в социальных сетях у Трампа вошло в привычку выкладывать и делать репосты записей и цитат правосторонних политиков.

Некоторые могут подумать, что в Трампе проявился «житель Нью-Йорка». Однако, Руди Джулиани, Эд Кох, Марио Куомо и Майкл Блумберг - все они жители Нью-Йорка: у них нет привычки вести себя вульгарно или позволять себе не политкорректные высказывания на публике. Эти политики из Нью-Йорка говорили быстро, короткими фразами, не устраивали митинги и не оскорбляли своих оппонентов.

Большая часть не политкорректных высказываний Трампа затрагивает политику. Фактически, тема, которая больше всего определяет кандидатуру Трампа – старая тема американской политики: иммиграция. Снова и снова, изменения в иммиграционной политике отражают доминирующее социальное настроение в Соединенных Штатах. Сдержанная речь встречается, когда социальное настроение негативное, в то время как политика принятия иммигрантов наблюдается при положительном настроении.

Как отмечено на Рис. 1, 1986 год был годом последнего значимого законодательного изменения в иммиграционной политике. Однако в 2016 году вопрос иммиграции может перерасти в жаркие дебаты на президентских выборах. Данная тема по частоте упоминаний уже совпадает с дебатами о религии. Папу Франциска недавно спросили, что он думает о намерении Трампа построить стену вдоль границы и изгнать миллионы людей, нелегально проживающих в США.

«Человек, который думает только о строительстве стен где только возможно, вместо того, чтобы строить мосты, не может называться христианином», - сказал он. Франциск заявил, что он еще сомневается, и добавил: «Я сказал только, что этот человек не является христианином, если заявляет о подобных вещах».

Трамп ответил незамедлительно, сказав: «Для религиозного лидера позорно сомневаться в вере человека». На следующий день оба – и Трамп, и Франциск, смягчили свои заявления. Однако Трамп не отступился от своих предложений относительно миграционного вопроса некоторых других решений исполнительной власти, не являющихся политкорректными.

- Дональд Трамп сказал «TIME», что он не уверен, поддержал бы он интернирование американцев японского происхождения во время Второй мировой войны. «Чтобы дать точный ответ, мне нужно было там быть».

- Самая спорная идея Трампа состоит в том, чтобы собрать все 11 миллионов иммигрантов, нелегально проживающих в США, и отправить их домой.

- Трамп настаивает на том, чтобы Мексика платила за стену вдоль границы, которая бы отпугивала нелегальных иммигрантов. Высота стены будет от 30 до 65 футов.

- Трамп утверждает, что стена на границе необходима, потому что «Мексика посылает людей с кучей проблем, и они тащат эти проблемы с собой. Они приносят наркотики. Они совершают преступления. Они насильники. Только единицы, я думаю, хорошие люди».

- Трамп "открыт для нуждающихся мусульман в Соединенных Штатах Америки, зарегистрированных в базе данных ", он также подтвердил, что «непременно все реализует». На ответ репортера «Нужно ли упразднить ордера на обыски мусульман?» Трамп ответил: «Нам придется делать то, о чем мы год назад не могли и подумать».

- Трамп призывает к «полному и общему запрету въезда в США для мусульман, до тех пор, пока представители нашей страны не выяснят, что, черт возьми, происходит».

- «Одобряете ли Вы пытку водой?» «Одобрю, будьте уверены. Я бы одобрил больше, чем это. Даже если это не поможет – они в любом случае этого заслуживают».

- Высказывание Трампа о споре по поводу шифрования между Apple, и ФБР: «Компания Apple должна обезопасить телефоны. Я думаю, вы должны объявить бойкот компании, пока она этого не сделает. Как вам такая идея? Я просто об этом думал».

- В случае своего избрания Трамп «планирует изменить законы о клевете в США, чтобы ему было проще судиться с новостными каналами».

Такие политические действия и позиции иллюстрируют то, что имел в виду Роберт Пректер в 1989 году, когда писал:

«В период негативного настроения и при преобладании медвежьего рынка одна или несколько новых политических партий представляют собой идеалы, враждебные человеческой свободе (такие партии как социалистическая, партии расистов, фашистов и фундаменталистов).


Трамп не единственный
Трамп является самым известным противником поликорректности, но у него не было монополии на политическую некорректность в кампании 2016 года.

- Тед Круз заявил, что ядерная сделка с Ираном сделает правительство Обамы ведущим мировым спонсором исламского терроризма.

- Майк Хакаби намекал, что он применит вооруженные силы для вмешательство в деятельность клиник абортов, а также он превзошел Теда Круза, сравнив сделку с Ираном с Холокостом.

- Крис Кристи заявил, что не потерпит в США беженцев из Сирии, «будь то сироты в возрасте 5 лет».

- Берни Сандерс утверждает, что бизнес на Уолл-стрит – мошенничество.

- Не один кандидат заявлял, что хочет внести изменения в 14 поправку, которая долго время является основой для получения гражданства по рождению.

Несложно предположить, что, если бы настроение было более позитивным, то все эти замечания не нашли бы откликов, то есть, они являлись бы политически слишком некорректными, чтобы их автор был в состоянии продолжить гонку за пост президента. Сегодня политическая некорректность выходит за пределы гонки кандидатов.

Случай «Фишера и Техасского Университета» был один их последних случаев, когда недавно умерший судья Верховного суда Антонин Скэлия услышал устную дискуссию.В ходе допроса Скэлиа сказал:

«Есть те, кто утверждает, что принятие афро-американцев в Университет Техаса не пойдет им (афро-американцам) на пользу, поскольку они не будут успевать по программе, вместо этого, можно предложить им пойти в менее продвинутое учебное заведение, где они будут делать успехи. Кто-то указал на то, что большинство чернокожих ученых страны не приходят из таких заведений, как Университет в Техасе. Они приходят из менее продвинутых школ, где они не замечают, что их подталкивают вперед в классах, программа которых слишком сложна для них.

Возможно, замечание Скэлиа было еще менее политкорректным, чем слова Лоуренса Саммерса более десяти лет назад. Скэлиа выступил перед широкой аудиторией, но на его замечание много внимания не обратили. В чем же разница? Во времени. Осуждение Саммерса произошло спустя 5 лет после пика 2000 года, в то время как слова Скэлиа пришлись на 15 лет после, а также в период негативного социального настроения.

Конец первой части, продолжение следует...


Напоминаю, С 20 по 30 ноября открыта подписка на декабрьский доступ к платному разделу блога! «Финансовый прогноз (Краткосрочные обновления)» это перевод Financial Forecast Service - The Short Term Update от EWI. Сервис для инвесторов, который поможет определить краткосрочные шаги и поворотные моменты в фондовых индексах США, золоте, серебре, облигациях США, евро и долларе США. Подписаться можно перейдя по ссылке>>>


Tags: волны эллиотта, общественные настроения, социономика
Subscribe

Posts from This Journal “социономика” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments